ОНИ ПРИБЛИЖАЛИ ЕДИНСТВО. Памятника этой женщине не хватает в Минске — какой была Вера Хоружая

Вера Хоружая прожила всего 39 лет, почти 10 из них провела в тюрьмах при разных властях. Ей довелось стать одной из самых ярких патриоток в эпоху разлома и воссоединения Беларуси в 20-е и 30-е годы прошлого века, а позже — символом Великой Победы и трагедии. Подробности — в материале совместного проекта агентства «Минск-Новости» и Коммунистической партии Беларуси.

Кто ты, Вера Хорунжая? 

Вероника Корчевская, Алеся Шипшина, Анна Корнилова… Эти имена и фамилии вряд ли что‑то скажут большинству тех, кто читает данные строки. Однако за тремя псевдонимами скрывается один человек: родившаяся в сентябре 1903 года в семье помощника бобруйского полицейского пристава Вера Хорунжая. Все верно. Хоружей, без нечаянно пропавшей буквы «Н», она станет в 1935-м.

Чувство справедливости и готовность рисковать многим ради правды у этой семьи были в приоритете. Вере едва исполнилось 5 лет, когда в ее жизни все резко изменилось. Папа Захар Бонифатьевич наотрез отказался участвовать в расстреле мирной демонстрации бобруйских рабочих. На этом его карьера в силовых структурах Российской империи завершилась.

Семье пришлось переехать в город Мозырь. Там отец со штампом «пособник революционеров» в личном деле смог устроиться лишь мелиоратором. Супруги, которые воспитывали четверых детей, испытывали материальные трудности и вряд ли были благодарны царским властям за эти штампы и перемещения. Однако это только предположения.

Доподлинно известно одно — к 14 годам Хорунжая стала неформальным лидером в подростковой среде.

Совпартшкола, Минск, 1922 год (Вера Хоружая 3-я справа в нижнем ряду)

Первая немецкая оккупация

Германские войска на белорусской земле юная Вера увидела весной 1918-го. Тогда боевое соединение армии кайзера Вильгельма II вступило в Мозырь. Сохранились ее строки о тех событиях, написанные позже и демонстрирующие дар яростного публициста-обличителя: «Они шли по площади равными уверенными шагами, не обращая внимания ни на что вокруг. На тупых лицах их было написано презрение и сознание своего недостижимого превосходства, а медные трубы их оркестра оглушали ревущими звуками победы. Во всем этом было столько унижения, что я, уже взрослая 14‑летняя девочка, председатель школьного комитета, захлестнутая волной бессильной злобы, не выдержала и, отбежав от окна, горько заплакала. Я не забыла этих слез и нынче. Они опалили мою душу и навсегда оставили в ней след ненависти».

Бурный 1920-й

После Великой Октябрьской революции белорусскую землю рвали на части. Оккупация длилась менее года. Когда в Германии «скинули» кайзера и немцы покинули Мозырь, город стал центром Полесского округа Украинской Народной Республики. Потом пришли поляки. Впрочем, войска Пилсудского заходили в этот регион лишь с марта по июнь 1920 года. На тот момент Вера успела окончить школу и побатрачить на мельнице в деревне.

Наконец, Мозырь стал советским. Девушка вернулась в город, чтобы попробовать себя в учительстве. Тем не менее мирная рассудительная жизнь не настала. Мозырь захватили войска атамана Булак-Балаховича. В ноябре 1920 года он объявил себя начальником Белорусского государства.

В это время Вера сражалась в составе спецотряда комсомольцев в части особого назначения (ЧОН). В конце 1920-го главаря банды с его идеями отправили в Польшу. А наша героиня вернулась в городок над Припятью под красными знаменами. Вскоре она возглавила Мозырскую уездную комсомольскую организацию, чуть позже — такую же в Бобруйске. Тогда ей не было и 18 лет.

Школы 

Прекрасно себя проявившую и достигшую совершеннолетия Веру в декабре 1921 года приняли в партию большевиков. Уже через месяц девушку направили на учебу в Минск — в Центральную партийную школу. На фотографии 1922-го Хорунжая выделяется среди слушателей юностью и женственностью.

Через год она получила свидетельство не только об окончании партшколы, но и о браке. Первым ее мужем был Станислав Скульский. Спустя время он принял участие в создании секретной Минской школы КПЗБ. Этот человек сыграл незавидную роль в судьбе Веры.

Жизнь нашей героини в начале 1920-х была захватывающей и многообещающей.

В феврале 1924-го девушку, обладавшую даром общения и агитации, свободно владевшую русским, польским, белорусским языками, а также идишем, направили на подпольную работу в Западную Беларусь.

В рабочем пригороде Белостока она материализовалась как Вероника Корчевская. Кстати, так зовут персонажа фильма «Письма к живым», посвященного Хоружей. Он вышел в прокат в 1964-м.

Вход и выход 

Когда на Белостокщине началась подпольная деятельность Корчевской, в Западной Беларуси было примерно 120 комсомольцев. Через полтора года их стало более 1 200.

В одном из писем Вера указала, что смогла организовать две масштабные забастовки, в ходе которых молодежь, боровшаяся за восьмичасовой рабочий день и улучшение условий труда, вышла победительницей. Однако польским спецслужбам такая активность не нравилась. Позже в автобиографии она написала следующее: «В сентябре 1925 г. я была арестована и затем осуждена в Бресте в 1927 году на 6 лет, а в 1928 году в Белостоке — на 8 лет тюремного заключения».

Вера содержалась в камере польской женской тюрьмы «Фордон» в городе Быдгоще, когда советское правительство наградило ее орденом «Трудовое Красное Знамя». Это было в 1930-м. В 1931 году ее чудом вышедшие за тюремные стены послания к родственникам и друзьям напечатали в московском издательстве «Молодая гвардия» отдельной книгой под названием «Письма на волю».

Тем не менее в Советском Союзе узнали, что автор этих оптимистичных строк, проникнутых страстью к борьбе за светлое будущее, из-за тяжелых условий содержания заболела туберкулезом. В августе 1932-го в газете «Правда» вышла статья Надежды Крупской. В написанном Хорунжей вдова Ленина увидела те же спокойствие и волю к победе, которые были разве что «в письмах Ильича из заключения». Она назвала Веру образцом настоящей революционерки. Невидимый процесс освобождения был запущен.

Вступление войск Красной армии на территорию Западной Беларуси, 17 сентября 1939 года

Без буквы «Н» 

После долгих и сложных переговоров осенью 1932 года между Польшей и СССР состоялся масштабный обмен политзаключенными. Среди 40 освобожденных польской стороной граждан была отсидевшая 7 лет в каторжных условиях полуживая Вера.

В Москве ее встречали как знаменитость. Однако розы, которыми одаривали героиню, оказались с острыми шипами. Уже в конце ноября 1934-го спецкомиссия объявила Хорунжей строгий выговор за непартийное поведение при допросе в польской тюрьме в 1925 году. Под большим вопросом было ее пребывание в партии. Но осенью 1935-го ей вернули партбилет с фамилией «Хоружая», без буквы «Н».

Можно предположить, что она знала имя того, кто написал на нее первый донос. Какое-то время она преподавала в подпольной Минской школе КПЗБ, где работал ее супруг Станислав Скульский. Однако в 1935-м на стройку пятилетки «Балхашстрой» в Казахстане, по сути, в ссылку, она отправилась одна.

Стена тюрьмы СД в Витебске. Музейная экспозиция

Новые тюремные испытания 

В Казахстане Вера вышла замуж за бывшего полярного летчика Сергея Корнилова. В октябре 1936-го у пары родилась дочь Аня. Малышке было всего девять месяцев, когда маму арестовали. На сей раз по абсурдному обвинению в шпионаже в пользу Польши. Арестованный Скульский то ли не выдержал допросов с пристрастием, то ли слишком рьяно пытался помочь следствию… Его расстреляли в сентябре 1937 года. А у прошедшей тюремные университеты Хоружей хватило силы воли, чтобы ничего не подписывать, никого не оговаривать, назвать бывшего супруга сволочью и потребовать очной ставки. Но это было уже невозможно. После двух жутких лет в Минской тюрьме НКВД 15 августа 1939-го Веру оправдали и освободили из-под стражи. Ее восстановили в партии через два месяца.

Выбор

Какие мысли были у Хоружей, когда Красная армия 17 сентября 1939 года начала Освободительный поход в Западную Беларусь? Ее писем на этот счет не сохранилось. Потому только факты. В конце 1940-го она жила в Пинске, где работала в обкоме партии инструктором отдела пропаганды и агитации. В том же году в Пинский обком на должность завсектором приняли недавнего героя гражданской войны в Испании Василия Коржа, создателя одного из первых партизанских отрядов в июне 1941-го. В его команду моментально вступила Хоружая вместе с мужем. Банально, но факт: женщина, которую несправедливо обидела Родина, сразу же встала на ее защиту, отбросив в сторону личное. Супругу она сказала, что если тот сделает иной выбор, то их совместная жизнь завершится. Корнилов погиб в одном из первых боев спустя полторы недели после начала Великой Отечественной.

Трагизма случившемуся добавляло то, что Вера была на шестом месяце беременности. В начале осени 1941 года партизанам удалось переправить ее через линию фронта в тыл. 5 октября в Скопине Рязанской области она родила малыша, которого в честь погибшего мужа назвала Сергеем.

Дети Веры — Сергей и Аня

Жизнь и смерть 

В начале 1942-го Вера, несмотря на наличие двух маленьких детей, написала секретарю ЦК Компартии Беларуси Пантелеймону Пономаренко письмо не просто с просьбой, а скорее с требованием отправить ее на территорию оккупированной Родины.

К сожалению, подпольная группа Хоружей, заброшенная в октябре 1942 года в стратегически важный для советского командования Витебск, просуществовала менее полутора месяцев. Судя по всему, не обошлось без предательства. После недель страшных пыток в тюрьме СД ее расстреляли. Это произошло в декабре 1942-го. Места казни и захоронения неизвестны.

Новая волна славы к подзабытой героине пришла в конце 1950-х. О ней написал собственный корреспондент газеты «Правда» в Беларуси, будущий классик литературы и журналистики Иван Новиков. 17 мая 1960 года Вере Хоружей посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Ее именем назвали улицы в белорусских городах, в ее честь установили памятники. И все же чувство недосказанности осталось.

Памятник Вере Хоружей в Витебске

Вот что на этот счет думает известный белорусский философ, заведующий отделом теории и практики социализма ЦК КПБ Алексей Дзермант:

— Весь мир знал испанку Долорес Ибаррури как Пассионарию (или пламенную) благодаря псевдониму, поразительно точно отразившему ее беззаветную преданность борьбе за общее счастье. Так можно назвать и нашу землячку. Она продемонстрировала ценности, с помощью которых мы победили нацистов. Считаю, что в Витебске, ставшем Голгофой для этой святой женщины, можно многое сделать для увековечения ее памяти. Почему данный областной центр считается центром «Славянского базара», городом Марка Шагала, но не Веры Хоружей? По какой причине ей нет памятника в Минске, хотя планы были?

АВТОР МАТЕРИАЛА

Член КПБ, корреспондент агентства «Минск-Новости»

АЛЕКСАНДР НОВИКОВ