Венесуэла: контрреволюция в ритме «Гопака»

На минувшей неделе наше внимание привлекла статья «Комсомольской правды» с поэтическим названием «Революция в ритме Ламбады», посвященная острой ситуации в Венесуэле. Статья описывает повседневный быт венесуэльцев в стиле «падающего – толкни» и имеет примерно такой посыл: «что получится, если государство вмешивается в экономику – туалетная бумага в подарок и хлеб вместо круассанов». Автор живописует дефицит и проблемы венесуэльской торговли, смакует устрицы за полтора доллара (с ремаркой – если вас не убьют на выходе из ресторана) и рассказывает, как подарила депутату рулон бумаги и тот радостно «унес его домой».

Поскольку статья написана достаточно известным журналистом, нас несколько удивил такой, мягко говоря, сортирный подход.

Между тем, события в Венесуэле сейчас крайне тяжелые и драматичные, и пока мы с тревогой наблюдаем за ситуацией, пресса соседнего государства, которое делало миллионные прибыли на поставках оружия Чавесу, теперь занимается написанием прибауток про социализм и бывшего союзника.

«Коммунист Беларуси» решил разобраться в подводных камнях венесуэльского кризиса и в очередной раз задать ленинский вопрос «А кому это выгодно?»

Передел активов

Экономика Венесуэлы основана на добыче нефти, которая давала 95 % экспортных доходов, более 50 % доходной части государственного бюджета и около 30 % ВВП. Кроме нефти Венесуэла экспортирует бокситы, алюминий, кофе, уголь, никель, изумруды, бананы, цветы. Для сравнения: доля сельского хозяйства в ВВП Венесуэлы всего — 4 %. В отрасли занято 13 % рабочей силы, так или иначе, используется приблизительно четверть территории страны.

Государственная нефтегазовая компания PDVSA Венесуэлы была создана в 1976 г. в период национализации всего нефтегазового сектора (подчеркнем – за 20 лет до Чавеса). После либерализации рынка в 1990-е гг. в Венесуэлу вернулись крупные иностранные компании, создавшие с PDVSA целый ряд совместных предприятий. Однако Petroleo de Venezuela сохранило за собой монопольное право на добычу природного газа. По значимости для страны PDVSA аналогична российскому «Газпрому» и неудивительно, что компания всячески отстаивала свои интересы.

С приходом к власти Чавеса (1999) был принят закон, предполагающий усиление роли государства и увеличение налогообложения в нефтяной сфере (2002). Доля государства в нефтеразведке и нефтедобыче была установлена на уровне не ниже 51 %. Значительно увеличена и плата за недра. Недовольный реформами персонал PDVSA начал бастовать, но в длившейся почти два года борьбе с забастовщиками Чавесу удалось одержать победу и полностью поставить деятельность компании под контроль.

Между тем, доказанные запасы нефти в Венесуэле огромны. Если в 2005 году она была на 7 м месте в мире, то после открытия месторождения сланцевой нефти «Пояс Ориноко» она вышла на 1 е место в мире с показателем 297 млрд барр., обогнав Россию почти втрое. В Ориноко ринулись все мировые нефтяные компании, но американцев там традиционно не любят, а четверка крупнейших российских компаний получила некоторые из конкурсных участков. Также с 2007 г. в Венесуэле работает совместное венесуэльско-белорусское предприятие по добыче нефти и газа «Петролера БелоВенесолана». Доля предприятия «Белоруснефть» в СП составляет 40 %, в разработке 7 нефтяных и 6 газовых месторождений. За период 2008 – 2016 гг. белорусами было добыто более 8,4 млн т нефти и 6,4 млрд куб. м газа.

Половина нефти, добываемой в Венесуэле, экспортировалась в США. Венесуэльская нефть составляла в разные годы до 13 % нефтяного импорта Штатов. Естественно, что при сильной зависимости от экспорта нефти Венесуэла заболела «голландской болезнью» – завышенным курсом боливара, который сделал очень дешевым импорт и ударил по внутреннему сельхозпроизводству. Кроме продуктов, Венесуэла импортирует в основном промышленную продукцию, транспортные средства, строительные материалы.
В 2016 в связи со значительным падением цен на нефть наступил тяжелейший экономико-политический кризис, падение ВВП на 7 % и гиперинфляция. Тем не менее, Венесуэла намерена производить выплаты по всем своим долговым обязательствам, чтобы избежать аргентинского сценария (дефолта). Кроме того, Венесуэла, скорее всего, будет по-прежнему получать помощь от Китая, который рассматривает эту латиноамериканскую страну как страну для долгосрочных инвестиций.

Отскок мировых нефтяных цен в последние три месяца, отчасти помог Мадуро, но если они снова упадут, экономические трудности вновь обострятся.

Вашингтонский привет

Уго Чавес национализировал все нефтяные месторождения, цементную и металлургическую промышленность, чтобы прибыль от местного сырья не оседала в оффшорах, а шла в Венесуэлу и венесуэльцам. Американские компании, у которых были совместные проекты с PdVSA, впоследствии ушли из Венесуэлы сами, после того как Чавес в 2007-ом предложил им невыгодные условия работы (т.е. выступил против вывоза средств).

Почти все ранее национализированные Чавесом компании и вышки также были из США, а потому действия венесуэльского лидера вызывали у Штатов перманентную истерику и желание немедленно принести крылатую демократию.

Чтобы ослабить обороноспособность республики, Буш младший объявил эмбарго на поставку оружия в Венесуэлу, однако Чавес в ответ закупил в России бронетехнику, огнестрельное оружие и ЗРК (в т.ч. комплексы С300). Белорусами в Венесуэле была создана единая система ПВО, Венесуэла активно приобретала белорусские автоматизированные системы управления войсками, средства радиолокации и радиоэлектронной борьбы. Таким образом, социалистический Чавес вывел свою армию в число самых хорошо снаряженных в Южной Америке.
Однако если военное вмешательство затруднено, режим свергают экономическими методами и разжиганием внутренних проблем.

Штаты оказывали и оказывают огромное давление на Венесуэлу.

Ранее бывший кандидат в президенты США сенатор Джон Маккейн публично потребовал от действующего президента Барака Обамы ввести армию в Венесуэлу, чтобы защитить интересы США (прежде всего бесперебойные поставки нефти), ну и, заодно, дать свободу венесуэльцам. В ответ Мадуро обвинил США в дестабилизации обстановки в стране и многомиллионном финансировании групп оппозиционеров и некоммерческих организаций.

1 апреля 2014 года на интернет-сайте газеты «The New York Times» была размещена статья Николаса Мадуро, в которой он утверждает, что ежегодно администрация президента США Б. Обамы выделяла средства на поддержку оппозиционных движений в Венесуэле и что реально же Штаты выступают на стороне лишь 1% населения, который хочет исключить из политической жизни остальные 99% и вместе с американскими компаниями получать выгоду от венесуэльской нефти. 2 апреля 2014 года министр внутренних дел Венесуэлы Мигель Родригес заявил, что многие участник протестов получают по 5 тыс. боливаров в день от активистов партии "Народная воля". Он указал, эти утверждения основываются на оперативных данных, собранных в Каракасе, штатах Миранда, Сулия и Мерида. 2 мая 2014 года министр внутренних дел Венесуэлы Мигель Родригес Торрес представил фотографии, которые, по его мнению, свидетельствуют о связях венесуэльской оппозиции с находящимися в бегах банкирами, бывшими президентами Колумбии и Мексики Альваро Урибе и Висенте Фоксом, а также бывшим американским чиновником и руководителем свержения Чавеса 2002 года Отто Рейхом.
Власти Венесуэлы неоднократно обвиняли в разжигании беспорядков власти США. 17 февраля 2014 года Николас Мадуро объявил, что высылает из страны трёх сотрудников консульства США за поддержку оппозиции, в частности они встречались со студентами местных университетов. Н. Мадуро неоднократно обвинял США в причастности к акциям протеста, сравнивая ситуацию с происходящим на Украине Евромайданом.

Венесуэла и социалистическая модель

В статье «Комсомольской правды» приводятся эмоциональные аналогии Венесуэлы и СССР (с намеком на бесперспективность государственного распределения). Дефицит и перебои в снабжении, однако, не есть некая характерная болезнь советской модели, а начали проявляться как раз при Горбачеве, который активно внедрял рыночные элементы в плановую экономику. При этом в крупных промышленных центрах дефицит создавался искусственно, для давления на власть и партию.

Равно как и система, выстроенная Чавесом, является социалистической не потому, что Мадуро вводит карточки и якобы не хватает туалетной бумаги (как можно понять из российской аналитики), а потому, что Чавес сумел поставить под контроль ключевые отрасли экономики и распределять прибыль в пользу населения, а не заграничных бенефициаров.
Первоочередная задача всех подобных нефтедобывающих стран – отстоять суверенитет и сформировать систему перераспределения нефтяных доходов, чтобы избежать внутреннего взрыва.
Меры, которые возмутили «Комсомольскую правду»: нормированное распределение, лимитирование продаж, контроль цен, квотирование покупок валюты, отмена ввозного НДС по ряду товаров, борьба с спекулянтами, – не являются изобретением Николоса Мадуро и активно применялись с 2007 Чавесом.

Есть и еще один важный внутренний вопрос – о том, насколько государство суверенно в принятии решений и насколько на власть влияет руководство нефтяных и газовых корпораций, которые кроят внешнюю политику в своих интересах. К примеру, президент Беларуси во время недавнего российско-белорусского нефтегазового конфликта отмечал, что решения, принимаемые руководством отдельных экономических субъектов, противоречат как интеграционным интересам, так и уже принятым решениям власти.

Поэтому нам, конечно, забавно читать, как россияне упрекают Мадуро в том, что его экономика зависит от экспорта нефти. Понятно, что нефтяное и олигархическое бревно в собственном глазу несколько искажает мировые социалистические перспективы. Тем не менее, аналитика по принципу «бей своих, чтобы чужие боялись» в отношении дружественной страны неприемлема, и нам совершенно очевидно, что никакая венесуэльская оппозиция, которую СМИ пиарят за тридевять земель, не собирается менять структуру венесуэльской экономики, а будет делить нефтяные активы по указке американских спонсоров. Если при этом цены на нефть продолжат падать – хорошо, предприятия уйдут за бесценок. Если поднимутся – тоже неплохо, оппозиция покажет всему миру, что выводит страну из кризиса. Осталось всего ничего – сковырнуть президента Мадуро, который отчаянно этому сопротивляется, а уж там – заживем. Было, проходили. Конечно, события у южных соседей – более наглядный пример для белорусов, чем столкновения власти и проамериканской оппозиции в Венесуэле. Но думающий человек и здесь сделает выводы – если, конечно, сможет прорваться через круассаны, устрицы, дефицит и прочие байки. К сожалению, в современной прессе все чаще встречается ситуация, когда за деревьями не то что не видно леса, но этот лес еще и вырубают под шутки и прибаутки.

Андрей Лазуткин

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.