Ленинская этика большевизма

На II съезде РСДРП возник раскол между сторонниками В.И. Ленина, который отстаивал организованность и единую дисциплину для всех членов партии революционного пролетариата, и его противниками, готовыми считать членами партии всякого, кто того пожелает – кто сочувствует рабочему классу. Название «большевики» возникло, можно сказать, по воле случая: при выборах центральных органов партии сторонники Ленина оказались в большинстве. Но как привилось это слово, как много вобрало в себя смысла! Какой известностью стало пользоваться не только в России – во всём мире. Какие высокие чувства будило и будит у всех борцов за революцию, за социализм – и какую ненависть и злобу вызывало и вызывает у всех врагов социализма, защитников капитала…

Конечно, судьба слов зависит не только от законов словесности. Высочайший авторитет понятия «большевик» завоёван дорогой ценой: за ним самоотверженная борьба, тяжкие жертвы, беззаветный, всё преодолевающий труд Ленина, его соратников, последователей.

Ленинская партия большевиков в условиях подполья и жесточайших репрессий сумела возглавить рабочий класс России, сплотить под его руководством самые широкие трудящиеся массы, поднять их на победоносную социалистическую революцию, которая, как показал опыт истории, была единственным спасением от общенациональной катастрофы. Почему ей это удалось? Да, сыграла роль верная революционная теория, крепкая организация, гибкая тактика, умелая, доходчивая пропаганда и агитация. Но главное состояло в том, что и в теории, и в действиях своих большевики выражали коренные интересы народных масс. И выражали достойно.

Становление партии большевиков во главе с Лениным происходило в столь суровых условиях революционной борьбы, что требовало самой тесной – идейной и организационной – сплочённости, высокой сознательности, организованности и дисциплинированности. Всё это наложило отпечаток на действия, стиль жизни, а затем и на характер большевиков, на мотивы их повседневных поступков, привело к выработке единых критериев в оценке как общественных проблем, так и людей. В жизненной практике – а если быть точным, то в напряжённой и опасной революционной борьбе – сложились те неписанные правила поведения, тот «кодекс чести», который мы называем ленинской этикой большевизма.

Единство с трудовым народом – характерная черта теории и политики, практической деятельности большевиков. А какие ещё черты приходят на ум при слове «большевик»? Преданность революции. Высокая идейность. Единство слова и дела. Умение противостоять любым трудностям и испытаниям. Принципиальность, доходящая до непреклонности (не зря говорил «твёрдокаменный большевик») – кто с уважением, а кто и с опаской. Сознательная дисциплина. Развитое чувство товарищество. Простота и скромность, правдивость.

Разве не актуальна сегодня ленинская этика большевизма?

О Ленине написано много: его общение с людьми из самых разных слоёв народа было небывало интенсивным, а воздействие на людей – исключительно великό! Даже краткий деловой разговор, даже мимолётная встреча с Лениным производила неизгладимое впечатление и каждый стремился его сохранить и поделиться с другими тем, что его так сильно поразило. Вспоминают о ленинской простоте и скромности, о деловитости и цельности, единстве слова и дела, об искренности и внимании к людям, об умении вникнуть в их заботы и тревоги, о твёрдости и даже непреклонности в решении принципиальных вопросов, о непримиримости к врагам революции, врагам трудящихся, о стойкости, выдержке, оптимизме. Воспоминания о Ленине полны фактами, подтверждающими нравственное величие этой необычайной личности.
Сестра и соратник Владимира Ильича Мария Ильинична Ульянова («Маняша», как он звал её), взявшая на себя заботы о быте и здоровье брата и жившая с ним бок о бок до последних его дней, очень точно оценила великую роль нравственного примера Ленина. «Владимир Ильич, – писала она, – был подлинным коммунистом, и бόльшее знакомство с его жизнью, с его характером, чертами и обычаями принесёт многим и многим из молодых членов партии большую непосредственную пользу, будет иметь для них воспитательное значение, показав им, как должен проявлять себя настоящий коммунист, предохранит от многих неправильностей, высокомерия и зазнайства» (Воспоминания о В.И. Ленине. – М., 1979. – Т. 1. – С. 200).

Можем ли мы сказать, что теперешние юноши и девушки достаточно хорошо знают жизнь Ленина, понимают особенности его личности, усвоили его нравственные принципы, его взгляды по проблемам морали, неотделимые от всех его поступков, от его великого дела? Думается, утвердительный ответ на этот вопрос был бы поспешным. Время и ситуация другие. Но знания молодым необходимы. Пример Ленина, его идеи дают верный ориентир, учат твёрдости убеждений, душевной и жизненной цельности, высокой человечности, гордому чувству собственного достоинства, рождаемому сознанием единства с народом. Дают возможность постичь суть и смысл той этики революционного дела, которую мы отождествляем с именем Ленина.

Ленинская этика большевизма соединяет в себе классовую остроту и ценности общечеловеческих нравственных установлений; приоритет общественных, общенародных целей и высокое уважение к личности, её интересам, её индивидуальной неповторимости; устремлённость в будущее и опору на все лучшие завоевания культуры и разума предшествующих эпох. Ленинская этика большевизма будит в человеке творческое начало, неуспокоенность достигнутым, чувство нового, непримиримость ко всякой косности и гнили, то есть вооружает именно такими качествами, которые и нужны в наше смутное время…

***

Коренная черта ленинской этики большевизма состоит в том, что в ней преодолевается характерное для домарксистской и немарксистской этики «извечное» противоречие между истиной и добром (или по крайней мере их несовпадение). Вообще – это свойство революционного марксизма в целом, органично соединившего опору на знание объективных законов общественного развития с идеей прогресса в ходе социального освобождения народных масс под руководством революционного пролетариата. И в нашем понимании к сфере добра относится всё то, что действует на благо трудового народа, вносит вклад в успех революционного преобразования мира на началах социальной справедливости.

«В основе коммунистической нравственности, – говорил Ленин, – лежит борьба за укрепление и завершение коммунизма» (Ленин В.И. Полн. собр. соч., Т. 41. – С. 313). А борьба эта вся строится на прочной базе марксистско-ленинской революционной теории. Там, где нарушаются гуманистические идеалы коммунизма, ищите огрехи в теории, отступления от истины. Там, где пренебрегают наукой, истиной, омертвляя теорию в догмы либо действуя волюнтаристски, всегда можно обнаружить прямой или косвенный ущерб делу коммунизма, отход от требований реального гуманизма и демократизма.

Всё это относится не только к крупным историческим действиям; то же самое можно сказать и об общественно значимом поведении личности, каждого человека. В поведении, в поступках отчётливо обнаруживается единство свободы и ответственности личности. Свобода состоит в том, что поступок совершается не по чьему-то приказу, не по принуждению, а по СОБСТВЕННОМУ разумению, по совести, вполне самостоятельно. Чем самостоятельнее принимаемое решение и чем серьёзнее последствия поступка, тем выше ответственность. Значит, тем важнее действовать не наобум, а со знанием дела.

Ленин, большевики никогда не боялись ответственности, всегда были готовы взять на себя инициативу, но в этом не было ни лихости, ни легкомысленного расчёта на «авось». Каждому серьёзному решению предшествовала трезвая оценка возможностей его успеха и его последствий с точки зрения марксистской науки, с учётом практического опыта, в связи с интересом народных масс, с принципами революционного гуманизма, социальной справедливости. И всегда – с учётом нравственных средств достижения революционных целей.

Требования разума, обогащённого научными знаниями, – это всегда требования правды. Идти против правды может только тот, кого не стесняют соображения нравственности. Идя против истины или закрывая глаза на реальность, не давая себе труда верно оценить веления жизни, человек неизбежно расходится в своих поступках с нравственностью, И наоборот, нарушая нравственные нормы, приглушая голос совести, не считаясь с ценностями гуманизма, человек столь же неизбежно отдаёт предпочтение лжи. Какой бы пример так называемых негативных явлений ни взять, всюду мы найдём подтверждение сказанному. Приписки? Да это по самому смыслу ложь и обман. Спекуляция? Она вся сплошь замешана на нечестности. Взяточничество? Казнокрадство? И т.д.

Правда и нравственность неразделимы

Пренебрежение знанием, научной истиной, требованиям разума при совершении поступков, при определении линии поведения в наше время нравственно недопустимо и социально опасно. Ещё К. Маркс называл невежество демонической силой. Невежество есть почва, на которую могут опереться демагоги, увлекая простаков внешне красивыми лозунгами (пример – «активисты» нашумевшего неформального объединения «Память»). Кто не помнит бесчинства хунвэйбинов в годы «великой пролетарской культурной революции» в КНР? А ведь о возможности такого помутнения мозгов у политически и культурно неразвитых людей предупреждал ещё Ленин.

В речи «Задачи союзов молодёжи», посмеявшись над начётчиками, «изучившими» коммунизм поверхностно, по популярным книгам и брошюрам, он подчеркнул: «Ещё более опасным было бы, если бы мы начали усваивать только коммунистические лозунги. Если бы мы вовремя эту опасность не поняли и если бы мы всю нашу работу не направили на то, чтобы эту опасность устранить, тогда наличие полумиллиона или миллиона людей, молодых юношей и девушек, которые после такого обучения коммунизму будут называть себя коммунистами, принесло бы только великий ущерб для дела коммунизма» (Там же, С. 302). Даже из благих побуждений невежда может принести вред – нравственный, политический и иной – другим людям, обществу.

Не может себя считать вполне современным и передовым человеком полузнайка, верхогляд. «Коммунистом, – указывал Ленин, – стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество» (Там же, С. 305).

Заметим ещё, что и в обыденном сознании досоциалистических обществ к сфере нравственности относилась едва ли не только личная жизнь человека, а то и ещё у́же – внутренний мирок личности, замкнутые на себя движения души, самокопание.

Марксистско-ленинская наука раздвинула горизонты морального сознания. Если человека формируют общественные условия, в которых он живёт и действует, то все они подлежат нравственной оценке. Предметом её становятся экономики, политика, другие общественные явления и процессы. Конечно, от этого связь нравственных проблем с внутренним миром личности не порывается. Просто в сферу индивидуального сознания входят всё прочнее и органичнее вопросы широкого общественного значения, в том числе и мирового масштаба. Можно ли в наше время представить человека, устраняющегося от нравственных раздумий по вопросам войны и мира? Социально-политические проблемы всё более явно выступают как решающий критерий нравственности. Причём то, что имеет более фундаментальное, базовое значение для общественного развития, должно иметь такое же значение и для общественного сознания, в том числе для нравственности.

***

Именно поэтому столь велика роль в коммунистической морали, в нравственном воспитании молодёжи классового подхода, социально-политических оценок. Классовый подход – это альфа и омега ленинской этики большевизма. Характерный пример – слова Ленина из его речи на том самом митинге рабочих завода б. Михельсона, после которого враги совершили покушение на Владимира Ильича: «У нас же один только лозунг, один девиз: всякий, кто трудится, тот имеет право пользоваться благами жизни. Тунеядцы, паразиты, высасывающие кровь из трудящегося народа, должны быть лишены этих благ. И мы провозглашаем: всё – рабочим, всё – трудящимся!» (Ленин В.И. Полн. собр. соч., Т. 37. – С. 84). Всеобщность труда и основной принцип социализма «от каждого – по способности, каждому – по труду» – это требования не только социально-экономические, но и нравственные, конкретизирующие абстрактный лозунг равенства.

Классовый подход, социально-политические оценки не утратят своего значения вплоть до полной реализации всемирно-исторической миссии рабочего класса. Но это вовсе не значит, что мы должны просто принять эту общую истину как нечто неподвижное и в таком виде ею пользоваться. Это ненаучно – ибо истина всегда конкретна – и потому безнравственно. Наше общество после победы Великого Октября постоянно поднимается в своём развитии со ступеньки на ступеньку, и на каждом новом этапе классовый подход должен видоизменять свои формы. Употребление в новых условиях старых социально-политических оценок грешит и против истины (против точного учёта новой реальности), и против нравственности.

Хорошо, что сегодня для общественного мнения нет запретных предметов, хорошо, что начинают исчезать «белые пятна» в нашей истории, хорошо, что широкой стала гласность, составляющая важное условие демократизации общественной жизни. Только не следует придавать гласности базарный оттенок, а это случается и с авторитетными писателями, и с талантливыми публицистами. Их мнение о событиях тех лет подчас грешит односторонностью, замыкаясь, например, на личности Сталина (такой перекос ощущается даже в сильном, талантливом романе А. Рыбакова «Дети Арбата»). Грешит как раз потому, что авторы выносят своё нравственное суждение о прошлом, избегая научной оценки, игнорируя именно классовый подход; вопрос же настолько волнующий, возбуждающий эмоции, что требования разума, требования поиска истины порой пренебрегаются даже учёными, в частности, историками.

Истинно ленинский подход к оценке любых исторических событий требует не только правды факта, но и научного подхода к их оценке, подхода диалектического, проникнутого историзмом. Оценивая внутриполитическую ситуацию в годы первых пятилеток, надо учитывать, что с завершением коллективизации (об ошибках при её проведении здесь нет места говорить), с ликвидацией эксплуататорских классов в СССР была достигнута победа социализма, завершился переходный период, из фундамента общественного развития исчезли классовые антагонизмы, К такой перемене исторической ситуации партия, государство, общество оказались в некоторых отношениях теоретически и политически не готовы...

Идеологически дезориентированы были государственные органы, в том числе репрессивные, а они за предшествующий период сформировались как мощная и безотказно действующая сила. Осложнялось дело ещё и тем, что низок был культурный уровень и общества в целом, и большинства работников госаппарата, сильны были бюрократические извращения, недостаточно развиты были демократические традиции. При таких условиях облегчался доступ в госаппарат карьеристам, конъюнктурщикам, интриганам и даже скрытым врагам Советской власти. Всё это показывает, как велика роль классового подхода, учитывающего реальность, в правильной ориентации общественного сознания, в выработке верных политических оценок и решений.

Значит, предметом самых серьёзных размышлений должен стать вопрос о свойственных нашему времени критериях и формах классового подхода, о содержании и границах классово-политических оценок в современном обществе.

А главное в этом содержании – коллективистские начала, товарищеское сотрудничество и взаимопомощь, сознательная и добровольная дисциплина. В этом пункте классовое содержание социалистической идеологии и морали с особой силой выявляет свою гуманистическую сущность, свою человечность. Никогда в истории до возникновения научного социализма, а потом – и победы социалистического строя этого не было, хотя, например, в раннем христианстве провозглашалось равенство всех верующих перед богом, а различные варианты мелкобуржуазного по своей природе утопического социализма и коммунизма провозглашали равенство либо общность имущества. Никогда в истории не было реалистических, научно обоснованных, опирающихся на знание законов общественного развития идей достижения всеобщего социального равенства.

Как в оценке нравственного облика человека на первое место ленинизм выдвигает дело, «социальные факты», так и в формировании личности главную роль играет вовлечение людей в активное участие в самых различных сторонах социальной практики. Воспитание словесное, оторванное от реальной жизни, от дела, чуждо ленинизму. А такие устарелые способы, методы воспитания, к сожалению и стыду нашему, ещё существуют, и достаточно широко.

«Если характер человека создаётся обстоятельствами, – писали ещё К. Маркс и Ф. Энгельс, – то надо, стало быть, сделать обстоятельства человечными» (Соч., Т. 2. – С. 145-146).

А кто будет изменять обстоятельства? Ясно, что сами люди, организованные на борьбу за такое изменение, сплочённо работающие ради этого. «Неужели можно думать, – как бы продолжает мысль основоположников научного коммунизма Ленин, – что политически воспитать рабочие массы могут какие-нибудь занятия или книги и т.п., помимо политической деятельности и политической борьбы?» (Ленин В.И. Полн. собр. соч., Т. 4. – С. 312). И ещё более резко: «Действительное воспитание масс никогда не может быть отделено от самостоятельной политической и в особенности от революционной борьбы самой массы.

Только борьба воспитывает эксплуатируемый класс, только борьба открывает ему меру его сил, расширяет его кругозор, поднимает его способности, проясняет его ум, выковывает его волю» (Там же, Т. 30. – С. 314).
Конечно, обстоятельства жизни с тех пор, как это было сказано, изменились коренным образом. Но ведь речь-то идёт о принципе – принцип жив! Наша сегодняшняя действительность имеет корни там – в революционной борьбе за социализм, она есть продолжение дела Октября в новых исторических условиях.

Владимир ЕГОРЫЧЕВ

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.