Как поставить вместо бронзового Ленина чугунного эсэсовца

В конце недели пресса взахлеб обсуждала демонтаж памятника Ленину в Сморгони – СМИ радостно рапортовали чуть ли не о крахе коммунистической идеологии и новой перестройке, потому что Ленин «не имеет архитектурной или иной ценности».

Разумеется, на пустом месте – монумент убрали с площади еще месяц назад для реставрации к Дожинкам и, по нашей информации, он будет возвращен на прежнее место.

Ничего неординарного в ситуации нет, так как любые манипуляции с памятником тут же вызывают манипуляции в прессе. А вот то, что Ленин – до сих пор кость в горле националистов, говорит, в первую очередь, об актуальности его идей. Но об этом – чуть позже.

Для справки: Ленин остановил бойню в Сморгони

Вообще любопытно, что центром «декоммунизации» назвали именно Сморгонь.

Напомним, что в первую мировую там велись самые бессмысленные и самые кровавые для русской армии бои – солдат бросали на немецкие укрепления, чтобы отвлечь силы Германии на западном фронте и помочь дорогим союзникам. Как мы знаем, союзники жеста не оценили, и после окончания войны приняли самое активное участие в интервенции в бывшую царскую Россию.

Точных данных о потерях нет, но они огромны – например, только за 25 сентября 1915 года в штыковых атаках под Сморгонью погибли 5,5 тысячи немцев и 3,5 тысячи солдат русской армии.

После длительной 810-дневной обороны Сморгонь называли мертвым городом. Именно там кайзеровская армия впервые на восточном фронте применила хлор.

Двухлетняя позиционная война закончилась только после Октябрьской революции, 4 декабря 1917 года, когда представители трех русских армий, возглавляемые большевиком Щукиным, подписали перемирие с немцами. Город больше никогда не восстанавливался в довоенных масштабах, хотя в начале XX века сморгонские купцы и промышленники держали в собственности около трети всех кожевенных предприятий, имевшихся на западе Российской империи.

Таким образом, именно Ленину удалось вывести Россию из войны, в которой Сморгонь стала одной из самых кровопролитных точек на всем фронте, русским Верденом, а Беларусь – нищей и разграбленной фронтовой зоной с миллионами беженцев.

Должен ли там стоять памятник Ленину? Однозначно, да. Как минимум – за остановку жестокой, бессмысленной бойни.

В поисках национальных «герояў» вместо Ленина

Беларусь в начале 20 века характеризовалась относительно слабым национальным движением, в том числе из-за экономической отсталости региона и отсутствия национальной буржуазии.

Неудача БНР объективно показала, что без признания права нации на самоопределение провозглашенная государственность превращается в фикцию, т.к. оккупанты национальный вопрос не решали, а занимались исключительно экономическим грабежом в интересах Германии.

Не менее агрессивно вело себя польское руководство Речи Посполитой в межвоенный период. «Восточные кресы» экономически эксплуатировались, а национальные права белорусов полностью отрицались. Агрессивная полонизация, а также существование рядом БССР с признанной государственностью сыграло решающую роль в появлении коммунистического белорусского движения. Разумеется, современные белорусские националисты, которых подкармливает та же Польша, за героев их не признают.

Далее, в период ВОВ белорусские националисты, в отличие от украинских, не проявляли и не декларировали никакой самостоятельности, и довольствовали той ролью, которую им отвели немцы – подавление партизанских соединений и подполья, участие в карательных акциях.

Объяснялось это в том числе тем, что марионеточное руководство «генерального округа Беларусь» немцы привезли с собой в обозе. В оккупированной БССР эти люди не могли иметь никакой поддержки и авторитета, и поэтому, когда встал вопрос о провозглашении БЦР Островского, немцы уцепились за БНР и объявили преемственность с ней, чтобы придать марионеточному правительству хоть какую-то легитимность.

Тем самым немцы подложили националистам свинью, которая окончательно сделала белорусский национализм маргинальной, замаранной идеологией.
В итоге, у националистов просто не оказалось знаковых фигур, сопоставимых по масштабу с Лениным либо белорусскими большевиками.

Поэтому, когда в 90-е годы националисты оказались у власти, «пришить» белорусскому государству некую националистическую составляющую и придумать «национальный пантеон» по аналогии с Украиной и Прибалтикой не получилось. Сотрудничество с немцам тянуло всю национальную конструкцию ко дну (а ничего другого не имелось вообще), и потому на референдуме население отвергло навязанную символику, а годом ранее националисты разгромно проиграли президентские выборы.

Как прийти к власти обходным путем

В 2014 Евромайдан показал, что националисты выиграть выборы не могут, а вот организовать переворот силами радикалов – могут вполне. У многих тогда получилось попасть из грязи в князи, не имея поддержки населения и опираясь исключительно на протестные настроения и западные гарантии.

В результате дележа власти националисты получили на откуп целое государство, и тут же развязали в нем гражданский конфликт.

В ходе конфликта оказалось, что западных хозяев внутренняя украинская политика интересует мало, поскольку Евросоюз получил главное: источник дешевого сырья, рабочей силы и открытый рынок сбыта, а также уничтожил конкурентные отрасли промышленности. США же поимели новый антироссийский плацдарм с замороженным военным конфликтом и нового потенциального покупателя сжиженного газа.

Однако почему правящая олигархическая власть за прошедшую пятилетку стала именно «бандеровской»?

Очевидно, дело не только во взглядах правящей верхушки, но и определенной встречной активности «низов».

Украина, в отличие от Беларуси, имеет сравнительно сильную поколенческую связь с антисоветским подпольем, УПА, местными полицаями, бежавшей на запад эмиграцией и прочими недобитками. И с момента Оранжевой революции это служило тому, что местные националистические силы активно использовали данный фактор идентичности.

Именно так несколько лет готовился фундамент для «антироссийского», «антисоветского» государства. И вот после 2014 года памятники начали падать.

Как свалить Ленина в Беларуси

Разумеется, белорусские националисты оглядывались на Украину и пускали слюну. Там реализовывалась их сокровенная мечта – прийти к власти в обход выборов, а затем загнать несознательное население в государственную идеологию национализма. А еще была настоящая войнушка с возможностью легально убивать несогласных, т.н. «вату» – своих же граждан.

Однако все, что на «ура» сработало в Украине, в Беларуси не сработало.

К примеру, президент, отвечая на вопросы журналистов 9 мая 2019 года говорил о том, что Беларусь прошла разные стадии гражданского конфликта.

Он отметил, что в Беларуси не просто предвидели, как будут развиваться конфликты в разных точках планеты, но и пережили эти события так или иначе. Александр Лукашенко напомнил об уличных протестах в 1990-е годы, попытках осквернить и снести памятники, в том числе в Минске на площади Независимости.

«Помните штурм Дома правительства? К резиденции президента побоялись подойти. Мы все это пережили: и гибриды, и горячие столкновения, и попытку свергнуть конституционный строй и нынешнее руководство», — констатировал Лукашенко.

Но мало просто свергнуть власть. Необходимо предложить некую альтернативную идеологию, свои рецепты решения проблем.

Однако все, что можно однозначно и четко проследить в путаных оппозиционных заявлениях – это антисоветизм. Это именно то, что объединяет либералов и националистов. Неприятие СССР и советской государственности – та базовая точка, где их взгляды полностью совпадают.

СМИ – всего лишь зеркало этих настроений.

Поэтому плох Ленин, плох Калинин, плох Машеров, плохи советские партизаны, плохи герои ВОВ и прочие.

Именно поэтому ежегодно в СМИ выходит до двух сотен статей на антисоветскую тематику, а за судьбой памятников Ленина в каждом райцентре пресса следит, затаив дыхание. Не снесут ли?

Не снесут.

Потому что без Ленина была бы невозможна белорусская государственность. Потому что именно Ленин был автором принципа самоопределения наций. Потому что без Ленина, советского государства и объединения Беларуси не было бы независимой страны в современных границах.

7 ноября для Беларуси не просто дежурная дата, а точка отсчета для становления государственности. В этом – символическое значение многочисленных памятников, которые стоят в каждом районном центре Беларуси.

Конечно, часть общества спит и видит, как бы поставить вместо бронзового Ленина чугунного эсэсовца. Ну, например, какого-нибудь Кушеля за то что тот «адраджаў беларускае войска».

Но до этого еще очень далеко.

Пока же идет постоянных поиск болевых точек для развязывания гражданского конфликта. Поэтому за одинаковыми статьями о Ленине, как и за одинаковыми статьями о цыганах, МВД, Куропатах, армии, образовании надо видеть и общую стратегию.

Андрей Лазуткин

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.