История не признаёт черновиков


Притворство сплачивает воедино тех, кто связан круговой порукой лицемерия.
Жан Батист МОЛЬЕР (1622-1673)

Если завтра война, если враг нападёт,
Если грозное время настанет,
Как один человек весь советский народ
За любимую родину встанет…

Хотя…

Сейчас порой приходится слышать, в частности, от достопочтенного Даниила Гранина, что вот, мол, когда народ увидел зверства немцев, тогда он и поднялся, тогда войну и нарекли Отечественной. На самом деле уже в этом первом правительственном выступлении было сказано: «В своё время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил Отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришёл к краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь проведут победоносную Отечественную войну за Родину, за честь, за свободу».
Другие скептики недоумевают, а то и негодуют: да почему же 22 июня не выступил по радио сам Сталин? Это чаще всего люди нынешней формации. Они привыкли к тому, что чуть что, как тут же выступает президент или глава правительства. Вот недавно наши хоккеисты на чемпионате мира получили бронзовые медали. Ведь не медные! Как же их не поздравить. И мы слышим державную речь. Или почила в бозе выдающаяся антисоветчица Валерия Новодворская. Нельзя не выразить публично свою глубокую скорбь. И тому подобное.

Эти скептики даже не интересуются: а Гитлер выступил? Ведь у него было всё в руках, всё спланировано – и день, и час, но дело ограничилось тем, что рано утром Геббельс зачитал по радио длинное и нудное, как дипломатическая нота, обращение Гитлера к армии и членам своей партии, которое кончалось мольбой: «Да поможет нам Бог!». Потом была пресс-конференция для журналистов. 22 июня из политических лидеров воюющих стран выступил по радио только Черчилль. Ещё бы! Это был счастливейший день его жизни, он понял: Англия, целый год стоявшая против Германии один на один, спасена! Это была прекрасная речь, в ней английский премьер выразил полное сочувствие нам, хотя и сказал, что не отказывается ни от одного прежнего слова о Советском Союзе, о коммунистах (См.: 1941 год – фундамент Победы. – «Слова и дела», 2016. – № 26 (98).

Сталин обязан был выждать и посмотреть, как будут развиваться события на фронте и в мире, и дать объяснение происшедшему. Он это и сделал в своей великой речи 3 июля: «Братья и сёстры! К вам обращаюсь я, друзья мои!». И Сталин тоже вспомнил нашествие Наполеона и назвал начавшуюся войну Отечественной. Это свидетельствует о том, что руководство страны ясно понимало масштаб происшедшего.
Эта речь имела огромное значение. Как и последовавшие вскоре назначения Сталина председателем Государственного комитета обороны, Верховным Главнокомандующим и наркомом обороны. Как и речь его 6 ноября на заседании Моссовета, посвященном 24-й годовщине Октябрьской революции, и 7 ноября на Красной площади во время парада.

Кстати, этот парад чтут и ныне, но стыдливо, скрывая, чему он был посвящён. Можно подумать, что Дню физкультурника. Стыдятся собственной истории, опускают глазки при словах о подвиге собственных отцов. Позор! А ведь подумать только: немецкие танки в тридцати верстах от Москвы, а Сталин приказывает провести парад и произносит там Бессмертную речь… За одно это ему полагается памятник в Кремле.
Тысячекратно оболганный «демократами» Сталин стал в народной памяти олицетворением порядка и справедливости. Таким и останется.

А у недовольных такой народной памятью есть прекрасная возможность всё изменить. Ложью и океанами нечистот, вываленных на Сталина, вы ничего не решили – сами перемазались куда гуще. Постройте общество более справедливое, чем построил Сталин, создайте промышленность и науку лучшую в мире, как создал Сталин, дайте России могущество, которое дал ей Сталин, – и память народная о Сталине исчезнет, а помнить станут вас.

Всё просто, на самом деле…

А есть и такие люди, которые считают себя обманутыми. Цитируют выступление Молотова: «Сегодня в 4 часа утра без предъявления каких- либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну...». И вопрошают: «Как так без объявления войны? А посол Шуленбург? Он же передал Молотову ноту». О ноте ничего неизвестно, но устно посол действительно сделал заявление. Но когда? Об этом сказано в выступлении Молотова: спустя полтора-два часа после нападения. Оно ведь началось-то раньше четырёх часов. При той технике, при полной готовности армии и уже выбранных целях удара за это время можно такое натворить! И они натворили...

Позволю себе упомянуть и о тех, кто уже много лет уверяет, что вовсе не Молотов объявил о нападении немцев, а диктор Юрий Левитан. Другие энтузиасты святой правды уточняют: нет, объявил-то Молотов, но ему никто не поверил, а вот когда его текст зачитал Левитан, тогда все поняли. И вообще, говорят, Гитлер считал Левитана своим личным врагом № 1, занёс в специальный списочек, выучил русский язык, чтобы слушать его, и обещал громадные деньги за его поимку и доставку живым или мёртвым в Новую имперскую канцелярию.

Есть две замечательные фотографии: советские люди слушают выступление Молотова. На одной – случайные прохожие на Никольской улице Москвы, застигнутые врасплох и словно окаменевшие. На другой – рабочие какого-то завода, видимо, заранее извещённые о выступлении. Вглядитесь в их лица. На всех написано одно: большая беда!

Один из «прозревших» экспертов пишет о «желательности» прихода Гитлера. То же самое читаем у второго: «Мы обрадовались, когда услышали по радио: война!» (Жизнь, подаренная дважды. – М., 1999. С. 32). Это ещё удивительней: автору было в тот день без пустяка уже восемнадцать лет, окончил школу, студент техникума. Да, как сказал классик, «страшно далеки они от народа».

Первый из них ещё и вот что поведал: «Когда началась война, Сталин впал в такую глубокую прострацию, что готов был предложить Гитлеру Украину и все другие, уже захваченные, земли».

Готов был!.. И что, позвонил Гитлеру, а тот трубку не взял или не захотел никакой Украины? «Сталин, выйдя из прострации...». Право, тут лучше сказать о своей собственной прострации, уже дошедшей до полоумия.
«...Выйдя из прострации, Сталин наспех соорудил вместо рухнувшей идеологической схемы другую, призвав на помощь великие тени русских полководцев, в том числе и тех, которые ещё вчера третировались». В речи 7 ноября 1941 года на Красной площади Сталин напутствовал солдат, что текли могучей рекой мимо Мавзолея: «Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков – Александра Невского, Димитрия Донского, Кузьмы Минина, Димитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова!». Да, было время, когда кое-какие из этих имён «третировались». Ещё как! Например, стихотворец по имени Джек глумился не только над Мининым и Пожарским, но и над Родиной:

Подумаешь, они спасли Россию!

А, может и не стоило спасать?

Очень это ныне в большой цене – отчаяние, слабость, даже разгром Красной Армии. С такими вопросами лучше обращаться к помянутому Д. Гранину. Он постоянно твердит, что по всем данным мы должны были проиграть.

Если наша армия была бы слабой, то что могло бы помешать Гитлеру полностью осуществить свой план: в два-три месяца захватить Москву, Ленинград, Киев и – победный парад на Красной площади. Ещё 3 июля начальник Генштаба сухопутных войск вермахта генерал-полковник Ф. Гальдер записал в дневнике: «Не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней». А ведь знаток, военный интеллектуал, входивший в первую пятёрку руководителей вермахта. На другой день, 4 июля не мог сдержать ликования и сам Гитлер: «Я всё время стараюсь поставить себя в положение противника. Ведь войну он уже проиграл» (В. Дашичев. Банкротство стратегии германского фашизма. – М.,1973. Т. 2, с. 205). Мы доставим ему это удовольствие –оказаться в положении противника. Им обоим не пришло на ум даже вспомнить, что ведь и с Польшей возились всё-таки две-три недели, и с Францией 43 дня. Вот как успех начисто отбивает разум даже у весьма неглупых людей.

Но лишь через три месяца удалось захватить только Киев. Красная Армия, истекая кровью, разбила вдребезги их блицкриг, фундамент победы был заложен именно тогда.

А уж после разгрома под Москвой и увольнения чохом 35 генералов среди них, генералов-то, начались самоубийства. Конечно, и у нас были самоубийства. Первым застрелится командующий авиацией Западного фронта, в первый же день войны понёсшей ужасные потери в воздухе и на земле. По подсчётам полковника Н. Дронова, потом не выдержали и свели счёты с жизнью ещё 8 наших генералов. А немцы? Представьте себе, 110. Из того же источника: «У нас в плен попали 72 генерала, у немцев – 553. Соотношение – как голоса телезрителей в поединке Леонида Гозмана, когда он бесстрашно выходит на бой с Зюгановым или Прохановым.

Какие настроения преобладали?

Их хорошо выразил Твардовский:

Не зарвёмся, так прорвёмся,
Живы будем – не помрём.
Час придёт – назад вернёмся,
Что отдали – всё вернём.

***

Ныне развелось очень много мыслителей, которые обожают рефлексировать о слабости Красной Армии, умалчивая о том, что было с другими армиями Европы под ударами немцев. Немцы польскую армию расколошматили в две-три недели. А французы с англичанами превосходили силой немцев и после объявления войны имели восемь спокойных месяцев для подготовки отпора. И что? Через 43 дня в Компьенском лесу в том же вагоне, в котором в 1918-м подписали капитуляцию немцы, теперь подписали французы… После чего французы стали в Африке воевать против англичан, вчерашних союзников. В плену! А сколько сложили головы, сколько по ранению отбыли под подол Марианны?

СССР первым начал настоящую борьбу с нацизмом. И это была жестокая война, а не «странная», которую вели с Гитлером Англия и Франция в 1939году. Польша сражалась отважно, но была разгромлена за 35 дней. Дания —за сутки: как только завиднелся приближавшийся немецкий десант, король приказал своим подданным не сопротивляться. Добровольцами в ваффен СС из Дании отправились служить 6000 человек – если мы назовём их человеками. Столько же и туда же – из Норвегии. Голландия сдалась через 6 дней (в СС голландских добровольцев служило 5000). Бельгия «держалась» аж 18 дней, но служить в СС с удовольствием отправились 4000. Франция – 44 дня и позорно сдалась. А ведь считалась великой державой. Правда, после позорной капитуляции было организовано Сопротивление. Кем? В основном английской разведкой – немногочисленные участники этого Сопротивления до сих пор получают пенсии от МИ6 как его агенты. Это не секрет, это общеизвестно. За этими немногими участниками вместе с немцами охотилась французская полиция; она ещё успевала и отправлять французских евреев в немецкие лагеря.

Участников Сопротивления было меньше, чем добровольцев во французской дивизии СС «Шарлемань» (23 000), а вообще французов воевало на стороне Гитлера около полумиллиона. А на нашей стороне - одна эскадрилья. Вспоминать об этом они смущаются, не любят. Как и историю о «капиталистическом» соревновании между французскими и немецкими рабочими, ремонтировавшими немецкие подводные лодки! Кто победил? Конечно… французы. В Бельгии тоже было мощное сопротивление – там как-то забастовали аж 100 000 рабочих на заводах, выполнявших немецкие военные заказы. Потребовали прибавки зарплаты 8 %. Ну, немцы согласились, прибавку – так и быть – дали.

Италия отправила на службу Гитлеру 200 000, Словакия – 90 000. Венгрия – три полевых армии. Австрия – 2 дивизии. Испания – одну, «Голубую». Румыния – 20 000. Финляндия – две армии, ВВС и ВМФ – 450 000. Швеция, Швейцария и Люксембург (да-да!) – 1200. Босния – одну дивизию. Хорватия – подразделения охранной службы. Разумеется, Эстония и Латвия, без них ну никак... Господи, был ддаже Тибетский легион!.. Так что во всех этих политкорректных и толерантных странах (и на Тибете!) вполне можно было бы устраивать марши ветеранов СС ничуть не хуже прибалтийских. Стесняются – пока. Но именно поэтому и не – в пуху. Поучаствовал и Ватикан. Нет-нет, в СС там не служили, но с Гитлером был подписан Конкордат – соглашение о непротивлении. Оно касалось католиков по всей планете. А после войны Ватикан тайными маршрутами, через Рим, осуществлял эвакуацию из Европы немецких военных преступников. Тоже, наверное, неловко вспоминать, а? Вряд ли.

Статистика говорит о том, что на сторону Гитлера во Второй мировой войне встало большинство населения оккупированных немцами стран.

Нам всегда было как-то неловко за Европу, мы снимали слюнявые фильмы о европейском героическом сопротивлении, писали о нём трогательные книжки... И Европа, начитавшись о себе всякого хорошего и поверив в собственный героизм, теперь повернулась к нам... да-да, вот именно. Ну и Вашингтон же велел...

Только Югославия воевала с Гитлером так же жестоко, как мы. Партизанские армии Тито отстояли честь и свободу своей страны (См.: Евг. Григ. Так что там о «цене победы»? – «Слова и дела», 2016. – № 26 (98).
Мы читали стихи Светлова:

Я стреляю – и нет справедливости
Справедливее пули моей.

Это давление пропаганды, риторика, завеса? Немцы на нас давили, а не пропаганда. Давили до самой Москвы, до Сталинграда.
Это сейчас пропаганда прёт из всех щелей. И политическая: «Народ сделал свой выбор в пользу демократии». И экономическая: «На развалинах советской экономики мы создадим умную экономику!». А всего назойливей и пронырливей пропаганда церковная.

Мне всё чаще вспоминается Гёте. Он говорил Эккерману: «Если меня спросят, способен ли я по своей природе благоговейно преклоняться перед Христом, я отвечу: несомненно… Но если меня спросят, готов ли я преклонить колена перед костью апостола Петра или Павла, я отвечу: пощадите меня, весь этот абсурд для меня нестерпим!..
Очень уж много глупостей в установлениях церкви. Но она жаждет властвовать, а значит нуждается в тупой, покорной толпе, которая хочет, чтобы над ней властвовали. Щедро оплачиваемое высшее духовенство ничего не страшится более, чем просвещения широких масс. Оно долгое, очень долгое время утаивало от них Библию. И правда, что должен был подумать бедный человек, принадлежащий к христианской общине, о царственной роскоши богато оплачиваемого епископа, прочитав в Евангелии о бедной и скудной жизни Христа, который ходит пешком со своими апостолами, тогда как князь церкви разъезжает в карете шестериком» (И. Эккерман. Беседы с Гёте. М., 1986. С. 626-627).

Одно из распространённых обвинений Сталина – что он возлагал слишком большие надежды на договор между СССР и Германией о ненападении. А потому наша армия оказалась не готова сопротивляться. Даже сопротивляться…

А Брестская крепость, Одесса, Ельня, Севастополь, а разгром под Москвой? А лётчики Харитонов, Жуков, Задорцев – первые за войну Герои Советского Союза. Это же самое начало, первые дни и месяцы войны. Так что, признать нам наших героев непротивленцами? А может, и покаяться? Что-то давненько я не слышал этого призыва после смерти академика Лихачёва… У Сталина, у всех нас были слишком веские основания опасаться нового «похода Антанты». Теперь-то известно, например, что во время войны с финнами французы готовились и послать экспедиционный корпус на помощь им, и бомбардировать бакинские нефтепромыслы. А потом аж восемь месяцев длилась «странная война», будущие союзнички не беспокоили немцев, а выжидали, надеялись, что Гитлер бросится на Россию. А он, неблагодарный, со всего маху им врезал. И те всего лишь двадцатилетний давности походы жили в памяти нашего народа. А Черчилль был не только их организатором, о чём писал ещё Ленин. Сейчас его великая надежда состояла в войне между Германией и СССР. И вообще, что такое Черчилль? Это человек, который только на четыре года уступил Гитлеру высокий пост врага России № 1. Так что Сталин обязан был быть крайне осторожным. Мы балансировали над пропастью. И разумеется, тут чрезвычайно трудно найти меру. Руководство страны знало, что войны с Германией не избежать.

А разве французы и англичане догадывались, что произойдёт 10 мая 1940 года? Разве американцы предугадали 7 декабря 1941 года – удар японцев, уничтоживший почти весь их Тихоокеанский флот. А ведь эскадра шла от Курильских островов целую неделю открытым морем, где спрятаться негде. И Рузвельт вначале отказывался верить, что флот погиб. Да и для немцев были полной неожиданностью и наше контрнаступление под Москвой 5 декабря 1941 года, и наш прорыв 19 ноября под Сталинградом, а через несколько дней – окружение, и наша артиллерийская буря на Курской дуге за полчаса до их запланированной атаки. А ведь это уже во время войны, когда ушки на макушке. А главная неожиданность для немцев это, конечно, полный разгром, безоговорочная капитуляция в Берлине. Незадолго до конца Гитлер признал: «Мы распахнули дверь, но не знали, что за ней!». А за ней была великая страна во главе с великим вождём.

…Прискорбно, но факт: налицо факт реставрации нацизма. Но крайне опасно ещё и то, что у фашизма есть весьма высокопоставленные, популярные и ловкие пособники, которые прикрывают истинный фашизм подлыми выдумками, маскируют его вздорной ложью.

Ведь именно это проделал в своё время Михаил Швыдкой, будучи не рядовым телеведущим вроде Брилёва или Киселёва, а министром культуры.

***

Намеренно делается всё, чтобы не допустить научного понимания происходящего… Желаете использовать «аналогию»? Давайте попробуем.

Развязывание Второй мировой войны – «не только и не столько» личная инициатива Адольфа Гитлера… Он был марионеткой сил Запада (США, Англии, Франции и прочих союзников), подготовивших Гитлера для нападения на Советский Союз. Руками фюрера хотели убить двух зайцев – ослабить Германию и разгромить СССР. Но эти расчёты оказались ложными. Верно и то, что Гитлер мечтал о мировом господстве. Сейчас же аналогичную роль на планете играют Соединённые Штаты. Они также стремятся установить мировое господство, но только другими средствами.

Гитлер говорил прямо: «Мы высшая раса, остальные будут её рабами». Американцы, прикрываясь правозащитными лозунгами, вопят, по сути, о том же, только другими словами: «Американская демократия – высшее достижение человечества», а посему они, мол, всюду будут навязывать эту демократию, считая, что тем самым приносят людям благо. Но ведь они же не идиоты и прекрасно понимают, что делают… (См.: Александр Зиновьев. Постсоветизм во мгле. – «Литературная газета», 2005. – 5-11 октября. – С. 3).

И тут начинают неумолимо действовать социальные законы. Удержать под своим господством миллиарды людей, не считаясь с объективными законами, невозможно. И уже сейчас можно видеть, что у США с их глобальными устремлениями получится. Это будет нечто похожее на то, что обещал Гитлер, – иерархическая модель: на высшем уровне – господствующее на планете сверхобщество с метрополией в Соединённых Штатах, ниже – остальные державы Запада, затем – страны «полузападные» и так далее «вниз по лестнице». То есть предполагается иерархия стран и народов (Там же).

Отечественные политики кричат время от времени: почему, мол, американцы используют двойные стандарты, с этим, дескать, необходимо бороться!.. В народе не зря говорят: за что боролись, на то и напоролись. Победители и те, кто сильнее, используют преимущество: свои действия истолковывают так, а поведение тех, кого разгромили и кто в жалком состоянии, – иначе, с другими критериями. Это одно из проявлений вышеуказанной иерархии. И как бы ни пыжились кремлёвские временщики, они выполняют то, что от них требует Вашингтон.

«…Годы советской истории не прошли бесследно. Они вошли в плоть и кровь народа. Ведь и сами инициаторы и идеологи западнизации ведут себя как типичные советские люди, привыкшие к халтуре, очковтирательству, двоемыслию, конъюнктурщине. Так чего же они ожидают от своих соотечественников, призванных воплощать в жизнь их липовые планы?!

Судьба огромного народа решается не голосованием ничтожной части его представителей и не призывами демагогов, а в сложно и мучительном историческом процессе. Россия уже определила свою историческую судьбу. Как бы мы ни относились к коммунизму, к Ленину, к Сталину, к КПСС, к КГБ, к Брежневу и прочим явлениям нашей истории и жизни, нам не удастся уклониться от осознания… одной истины: историческая судьба России настолько прочно срослась с судьбой коммунизма, что попытка отказаться от него и перейти на путь западнизации равносильна исторической гибели самой России, выпадению её в число народов неисторических» (Александр Зиновьев. Я хочу рассказать вам о Западе). Прав философ? Только в борьбе народ может обрести свои права.

Владимир ЕГОРЫЧЕВ

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.