Какой быть экономике?

Актуальная статья экс-помощника Президента Беларуси Сергея Ткачева «Экономика и время», опубликованная в газете «Советская Белоруссия» за 9 и 10 декабря 2015 г., и последовавшая полемика обозначили в среде научной и управленческой элиты страны явно противостоящий характер взглядов на социально-экономическую проблематику дня.

В этом противостоянии нельзя не заметить, во-первых, возрастание градуса либерально-рыночного уклона, для отдельных представителей которого материал С. Ткачева сравним с «оскалом» промышленного лобби, а во-вторых, неуемную жажду реформаторства в духе «коллективного либерализма» – этакого выкидыша «Вашингтонского консенсуса», реализация рецептов которого отбрасывает страну на обочину исторического бытия.
Более того, уже озвучены требующиеся предпосылки, позволяющие положить общество под «каток» неолиберального реформаторства. Одна из них уже сформирована. По мнению экономиста К. Рудого, «появился поколенческий сдвиг в правительстве, в экономических министерствах, в Нацбанке. Причем он не только поколенческий, но и ментальный». Надо полагать, что представители этого «сдвига» готовы, засучив рукава, «трудиться» над формированием «широкого общественного запроса на реформы», который обозначен в качестве обязательной, но не созревшей еще второй предпосылки. Третья – это инициирование со стороны среднего класса запроса на реформы, как запроса на лучшую жизнь.
О потаенном замысле такого реформаторства, несущем угрозу «слома политического строя, государственного устройства», было заявлено в недавней инаугурационной речи Президента А.Г. Лукашенко.
С особой настороженностью следует относиться к заявлению младореформаторов - отечественных «гайдаровцев» и «чубайсовцев» - о произошедшем в обществе «ментальном сдвиге», означающем явный поворот в образе мышления, в способе видения и восприятия окружающего мира.
Один из таких, по меньшей мере, странных «сдвигов» в понимании механизма жизнедеятельности общества сводится к мнению, что «…структура экономики формируется не под влиянием теорий, предпочтений и умозаключений, а из рыночной практики экономической деятельности». Реальная же логика мысли совершенно иная. Любой инициативе, реализуемой на практике, предшествует анализ окружающей обстановки. Он может быть поверхностным или глубоким, ложным или верным, но его отсутствие - это патология, ведущая к шизофрении и потере инстинкта самосохранения. Не зря народная мудрость гласит: «Не зная броду, не сунься в воду». Только после проведенной оценки обстановки приходит черед формирования целей. Целеполагание, в свою очередь, выражает определенную идею, наполненную смыслом.
Ретролибералы же предлагают действовать наоборот - без осмысления происходящего вокруг, его вызовов и угроз сразу кинуться в водоворот либеральной реальности, надеясь наткнуться на спасительную твердь под ногами.
Остается только отослать их к трудам небезызвестного теоретика либеральной доктрины - американца Л. фон Мизеса, утверждавшего, что «человеческим поведением руководят идеи. Все что делают люди, является результатом теорий, доктрин, убеждений и умонастроений».
Подобные неолиберальные мировоззренческие кульбиты крайне опасны для народа, которому пытаются отказать в понимании исторического прошлого, настоящего и будущего. Рыночный либерализм выхолащивает из сознания человека всяческую возможность приблизиться к ОСМЫСЛЕНИЮ сущего. В механизме блокирования сознания нельзя не различать определенные мировоззренческие аспекты.

Первый аспект
В либеральную доктрину вмонтирована ложная идея сводимости человеческого общества к природному миру, то есть полного их подобия.
В результате поведение человека уподобляется животной рефлексии, сводящейся к борьбе за средства существования. Поскольку в природе принцип «взаимного поедания» запускает, согласно теории Ч. Дарвина, механизм естественного отбора и является источником эволюции, то этот же признак переносится в человеческое общество в качестве движущей силы развития.
Легитимация заимствованного у древнеримского писателя Тита Плавта (254 г. до н.э.-184 г. до н.э.) тезиса «Человек человеку волк» особо проявилась в период становления капитализма. Немалое усердие в оправдании звериного поведения в обществе и придании ему научности проявили английские исследователи. Философ Т. Гоббс (1588-1679) убеждал общественность, что человеком управляет естественный закон самосохранения и удовлетворения потребностей, что порождает борьбу за средства существования. Животное начало в человеке можно только сдерживать, но лишь силой государства, которое определяет рамки этой войны всех против всех. У Т. Мальтуса (1766-1834) с выходом его работы «Опыт закона о народонаселении» (1798) идея о сводимости поведения человека к звериным повадкам прослеживается еще отчетливее, чем у Гоббса. У Г. Спенсера (1820-1903) венцом его многолетних исследований и многотомных творений стал следующий «научный» вывод: «Универсальный Закон природы: существо, недостаточно энергичное, чтобы бороться за свое существование, должно погибнуть». Это убеждение было дополнено категоричным императивом немецкого мыслителя Ф. Ницше (1844-1900): «Падающего подтолкни».

Второй аспект
Эволюционный для природного мира принцип борьбы за средства существования «породил» у либералов - для сферы хозяйственной деятельности - идею невмешательства государства в экономику.
По рыночной логике, поскольку хозяйственная деятельность в отличие от других сфер сводится к добыванию средств для жизни, то есть всецело связана с животной сущностью человека, то проведение параллели в поведении зверя и человека для экономической среды выглядит оправданным и не требующим вмешательства. При этом создается видимость опоры на естественные законы природы и «научное» представление об «оргии взаимопоедания» в образе рыночной конкуренции как движущей силе прогресса.
Научное «оперение» лесефэризм (от «laissez faire» - невмешательство) получил в работах А. Смита (1723-1790). Однако у него экономическая свобода имеет упорядочивающее начало, «естественный порядок», устроенный «невидимой» теистической, то есть божественной рукой. Заимствованная из пьесы Шекспира «Макбет» «невидимая рука» как рука господа сохраняла свой первородный смысл в научной среде, включая известных экономистов - А. Маршала, Дж.М. Кейнса, Л. Мизеса, Ф. Хайека, вплоть до середины XX века. Еще в 1949 году Л. Мизес в работе «Человеческая деятельность» говорит о «невидимой руке Провидения». В 1955 году с выходом третьего издания учебника
П. Самуэльсона «Экономикс», совершается мировоззренческий переворот: впервые «невидимая рука» подается как «рука рынка», свободная от всяческого вмешательства, регулирования, упорядочения со стороны государства. Принцип невмешательства, который считается принципом политики, но никак не науки, стал навязываться экономике. С чего бы вдруг?

Третий аспект

Известно, что в силу определенных свойств сетчатка человеческого глаза реагирует на свет в ограниченном частотном спектре и не различает, к примеру, инфракрасное излучение из-за отсутствия соответствующих рецепторов, чувствительных к этому диапазону волн.
Человек воспринимает социально-экономическую реальность по схожему алгоритму с помощью своеобразной «мировоззренческой оптики», настроенной на основе определенных принципов. Либеральная «оптика» выстроена на выше перечисленных идеях – «сводимости», «невмешательства», «взаимопоедания», ограничивающих восприятие окружающего мира «красками» извечной борьбы всего живого за средства выживания.
У такого видения человеческой истории нашлись оппоненты, задавшиеся крайне важными мировоззренческими вопросами: сводится ли жизнедеятельность общества к той грызне, которая породила эволюцию в природе, и обусловливается ли поведение людей исключительно законами природы или человек может им противостоять?
Одним из тех, кто усомнился в доминировании в человеческом социуме животной рефлексии и принципа борьбы с «взаимопожиранием», был английский натуралист Ч. Дарвин (1809-1882). Он «разглядел» в человеческом обществе новую доминанту – общественные инстинкты, причислив к ним любовь и взаимопомощь. По мнению ученого, ограниченность во внешней среде жизненных средств порождает у людей новые способности и черты, которые наследуются следующими поколениями и включаются в программы человеческого поведения, выполняя в жизни общества и государства регулятивную роль. Гипотеза о наследовании приобретенных признаков и изменяемости генома человека, высказанная еще раньше французом Ж. Ламарком (1744-1829), сегодня считается доказанной.
Ч. Дарвин также пришел к выводу, что нации, у которых преобладает принцип звериной борьбы, являются низшими, варварскими. А те сообщества, которые в практической целеполагающей деятельности опираются на принцип взаимопомощи, коллективизма - высшими, цивилизованными, имеющими неоспоримые конкурентные преимущества и превосходство над примитивными. Именно такую, наивысшую цивилизационную конкурентоспособность явил миру многонациональный советский народ своей Победой в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.
Перед любым сообществом, теряющим опору на социальные инстинкты и не радеющим за чистоту своей «мировоззренческой оптики», стоит угроза деградации до животного уровня существования, безжалостной эксплуатации и исторического небытия.
Шекспировские слова «сведи к необходимостям всю жизнь, и человек сравняется с животным» олицетворяют «нутро» либеральной доктрины, закрепляющей свободу господства одних над другими за счет навязывания «зоологической оптики» и приводящей к нескончаемым кровавым региональным конфликтам и мировым войнам. Других намерений у «исключительных наций» просто быть не может.
Общество, организованное на началах взаимопомощи, коллективизма и солидаризма, приумножающее социальный капитал страны позволяет порвать со звериным началом в человеке, вырваться из оков природной и социальной необходимости и стать на дорогу подлинного развития и прогресса (см. таблицу «Две модели организации общества»).

Четвертый аспект
Рыночно-конкурентная доктрина, используя принцип «разделяй и властвуй», расчленяет государственную власть, якобы принадлежащую народу, на политическую и экономическую компоненты. Это позволяет, декларируя первичность политических прав, выхолостить экономические, отодвинуть их на задворки реальной власти.
Поясним.
В капиталистической системе производства жизненных благ присутствуют как собственники производительного капитала, так и наемные работники, имеющие статус рабочей силы. Однако трудящиеся являются по существу также собственниками, только своего человеческого капитала в форме интеллектуального и физического потенциалов. Но чей статус собственника должен быть выше в условиях реальной демократии и кто его устанавливает и узаконивает?
Во-первых, реальным хозяином жизни «в борьбе за средства существования» выступает тот, у кого есть реальная власть присваивать излишек средств (прибыль) себе.
Во-вторых, статусность разных классов собственников определяет политическая надстройка - государственные институты, наделяемые полномочиями реализовывать те властные права, источником которых является народ. К примеру, в оплоте «демократии» - США собственники человеческого капитала, составляя около 93 % от экономически активного населения, «решили» наделить правом присвоения прибыли другую категорию собственников, которых по численности всего 7%.
Такой «развод» напоминает народную сказку про вершки и корешки, когда хозяевам производственного капитала достаются «сладкие корешки», а другим - политическая «ботва» с неограниченными «правами» бороться за достойную жизнь в качестве ресурса, котлетного фарша, поедаемого хитрыми, наглыми, беспринципными, алчными господами - экономическими людоедами со звериной хваткой и неуемной жаждой господства и потребления.
Безусловными признаками подлинного народовластия являются, во-первых, неделимость власти, единственным источником которой выступает народ. Во-вторых, первым и главным выгодополучателем от неприкасаемого родника власти должен быть народ, как в настоящем, так и отдаленном будущем. Эти критерии предоставляют гражданам права и обязывают быть архитекторами и строителями своего «здания» (жизни) общества, определять осмысленную стратегию, цели, задачи, владеть, пользоваться и распоряжаться результатами созидательной деятельности. Эти критерии лежат в основе «государства для народа» и никто не смеет их попрать.

Автор: 
Вячеслав ВИННИК, член ЦК КПБ
Номер газеты: 

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
11 + 5 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.